Правозащитний раздел Голоса Правды
Новини партнерів...
Блоги журналистов

Мирослава Бердник: 15 марта 1938 года был расстрелян Николай Бухарин

Мирослава Бердник: 15 марта 1938 года был расстрелян Николай Бухарин

На сайте издания «Голос Правды» опубликована новая запись независимого журналиста Мирославы Бердник:

"Любимец партии", экономист и теоретик, писатель сталинской Конституции очень хотел жить. Уже из тюрьмы Бухарин уговаривал Сталина, которого раньше в узком кругу именовал "беспринципным интриганом, ведущем к гибели революции", заменить расстрел ссылкой в какой-нибудь отдаленный район, где он под другими именем и фамилией продолжил бы трудиться на благо трудового народа. Когда понял тщетность своей просьбы – умолял дать морфий для быстрой смерти, чтобы "уснуть и не проснуться".

Бухарин даёт подписку школьникам, что бросает курить, 1928 год.

В честь этой даты — предсмертное письмо Николая Бухарина Иосифу Сталину:

Н.И. БУХАРИН — И.В. СТАЛИНУ

(10 декабря 1937 г.)
Весьма секретно

Лично
Прошу никого другого без разрешения И. В. Сталина не чи­тать

И. В. Сталину

7 стр. + 7 стр. приложения.

Иосиф Виссарионович!

Пишу это письмо, как, возможно, последнее, предсмертное, свое письмо. Поэтому прошу разрешить мне писать его, несмот­ря на то, что я арестант, без всякой официальщины, тем более, что я его пишу только тебе, и самый факт его существования или несуществования целиком лежит в твоих руках...

Сейчас переворачивается последняя страница моей драмы и, возможно, моей физической жизни. Я мучительно думал, брать­ся ли мне за перо или нет, — я весь дрожу сейчас от волнения и тысячи эмоций и едва владею собой. Но именно потому, что речь идет о пределе, я хочу проститься с тобой заранее, пока еще не поздно, и пока пишет еще рука, и пока открыты еще глаза мои, и пока так или иначе функционирует мой мозг.

Чтобы не было никаких недоразумений, я с самого начала говорю тебе, что для мира (общества) я 1) ничего не собира­юсь брать назад из того, что я понаписал; 2) я ничего в этом смысле (и по связи с этим) не намерен у тебя ни просить, ни о чем не хочу умолять, что бы сводило дело с тех рельс, по которым оно катится. Но для твоей личной информации я пишу. Я не могу уйти из жизни, не написав тебе этих после­дних строк, ибо меня обуревают мучения, о которых ты дол­жен знать.

1. Стоя на краю пропасти, из которой нет возврата, я даю тебе предсмертное честное слово, что я невиновен в тех преступлени­ях, которые я подтвердил на следствии.

2. Перебирая все в уме, насколько я способен, я могу, в до­полнение к тому, что я говорил на пленуме, лишь отметить:

а) что когда-то я от кого-то слыхал о выкрике, кажется, Кузь­мина, но никогда не придавал этому никакого серьезного значе­ния — мне и в голову не приходило;

в) что о конференции, о которой я ничего не знал (как и о рютинской платформе), мне бегло, на улице, post factum, сказал Айхенвальд («ребята собирались, делали доклад»), — или что-то в таком роде, и я тогда это скрыл, пожалев «ребят»;

с) что в 1932 году я двурушничал и по отношению к «учени­кам», искренне думая, что я их приведу целиком к партии, а ина­че оттолкну. Вот и все. Тем я очищаю свою совесть до мелочей. Все остальное или не было или, если было, то я об этом не имел никакого представления.

Я на пленуме говорил таким образом сущую правду, только мне не верили. И тут я говорю абсолютную правду: все последние годы я честно и искренно проводил партийную линию и научился по-умному тебя ценить и любить.

3) Мне не было никакого «выхода», кроме как подтверждать обвинения и показания других и развивать их: либо иначе выхо­дило бы, что я «не разоружаюсь».

4) Кроме внешних моментов и аргумента 3) (выше), я, думая над тем, что происходит, соорудил примерно такую концепцию:

Есть какая-то большая и смелая политическая идея генеральной чистки а) в связи с предвоенным временем, b) в связи с перехо­дом к демократии. Эта чистка захватывает а) виновных, b) подо­зрительных и с) потенциально подозрительных. Без меня здесь не могли обойтись. Одних обезвреживают так-то, других — по-дру­гому, третьих — по-третьему. Страховочным моментом является и то, что люди неизбежно говорят друг о друге и навсегда посе­ляют друг к другу недоверие (сужу по себе: как я озлился на Радека, который на меня натрепал! а потом и сам пошел по этому пути...). Таким образом, у руководства создается полная гарантия.

Ради бога, не пойми так, что я здесь скрыто упрекаю, даже в размышлениях с самим собой. Я настолько вырос из детских пе­ленок, что понимаю, что большие планы, большие идеи и большие интересы перекрывают все, и было бы мелочным ставить вопрос о своей собственной персоне наряду с всемирно-историческими задачами, лежащими прежде всего на твоих плечах.

Но тут-то у меня и главная мука, и главный мучительный па­радокс.

5) Если бы я был абсолютно уверен, что ты именно так и ду­маешь, то у меня на душе было бы много спокойнее. Ну, что же! Нужно, так нужно. Но поверь, у меня сердце обливается горячей струею крови, когда я подумаю, что ты можешь верить в мои преступления и в глубине души сам думаешь, что я во всех ужа­сах действительно виновен. Тогда что же выходит? Что я сам по­могаю лишаться ряда людей (начиная с себя самого!), то есть делаю заведомое зло! Тогда это ничем не оправдано. И все пута­ется у меня в голове, и хочется на крик кричать и биться голо­вою о стенку: ведь я же становлюсь причиной гибели других. Что же делать? Что делать?

6) Я ни на йоту не злобствую и не ожесточен. Я — не хрис­тианин. Но у меня есть свои странности. Я считаю, что несу рас­плату за те годы, когда я действительно вел борьбу. И если хо­чешь уж знать, то больше всего меня угнетает один факт, кото­рый ты, может быть, и позабыл: однажды, вероятно, летом 1928 года, я был у тебя, и ты мне говоришь: знаешь, отчего я с тобой дружу: ты ведь неспособен на интригу? Я говорю: Да. А в это время я бегал к Каменеву («первое свидание»). Хочешь верь, хочешь не верь, но вот этот факт стоит у меня в голове, как ка­кой-то первородный грех для иудея. Боже, какой я был мальчиш­ка и дурак! А теперь плачу за это своей честью и всей жизнью. За это прости меня, Коба. Я пишу и плачу. Мне ничего уже не нужно, да ты и сам знаешь, что я скорее ухудшаю свое положе­ние, что позволяю себе все это писать. Но не могу, не могу про­сто молчать, не сказав тебе последнего «прости». Вот поэтому я и не злоблюсь ни на кого, начиная с руководства и кончая сле­дователями, и у тебя прошу прощенья, хотя я уже наказан так, что все померкло, и темнота пала на глаза мои.

7) Когда у меня были галлюцинации, я видел несколько раз тебя и один раз Надежду Сергеевну. Она подошла ко мне и го­ворит: «Что же это такое сделали с Вами, Н. И.? Я Иосифу ска­жу, чтобы он Вас взял на поруки». Это было так реально, что я чуть было не вскочил и не стал писать тебе, чтоб... ты взял меня на поруки! Так у меня реальность была перетасована с бредом. Я знаю, что Н. С. не поверила бы ни за что, что я злоумышлял против тебя, и недаром подсознательное моего несчастного «я» вызвало этот бред. А с тобой я часами разговаривал... Господи, если бы был такой инструмент, чтобы ты видел всю мою рас­клеванную и истерзанную душу! Если б ты видел, как я внутренне к тебе привязан, совсем по-другому, чем Стецкие и Тали! Ну, да это «психология» — прости. Теперь нет ангела, который отвел бы меч Аврамов, и роковые судьбы осуществятся!

8) Позволь, наконец, перейти к последним моим небольшим просьбам:

а) мне легче тысячу раз умереть, чем пережить предстоящий процесс: я просто не знаю, как я совладаю сам с собой — ты знаешь мою природу; я не враг ни партии, ни СССР, и я все сделаю, что в моих силах, но силы эти в такой обстановке ми­нимальны, и тяжкие чувства подымаются в душе; я бы, позабыв стыд и гордость, на коленях умолял бы, чтобы не было этого. Но это, вероятно, уже невозможно, я бы просил, если возможно, дать мне возможность умереть до суда, хотя я знаю, как ты сурово смотришь на такие вопросы;

в) если[1] меня ждет смертный приговор, то я заранее тебя прошу, заклинаю прямо всем, что тебе дорого, за­менить расстрел тем, что я сам выпью в камере яд (дать мне мор­фию, чтоб я заснул и не просыпался). Для меня этот пункт край­не важен, я не знаю, какие слова я должен найти, чтобы умолить об этом, как о милости: ведь политически это ничему не поме­шает, да никто этого и знать не будет. Но дайте мне провести последние секунды так, как я хочу. Сжальтесь! Ты, зная меня хорошо, поймешь. Я иногда смотрю ясными глазами в лицо смер­ти, точно так же, как — знаю хорошо — что способен на храб­рые поступки. А иногда тот же я бываю так смятен, что ничего во мне не остается. Так если мне суждена смерть, прошу о морфийной чаше. Молю об этом...

с) прошу дать проститься с женой и сыном. Дочери не нуж­но: жаль ее слишком будет, тяжело, так же, как Наде и отцу. А Анюта — молодая, переживет, да и мне хочется сказать ей пос­ледние слова. Я просил бы дать мне с ней свидание до суда. Ар­гументы таковы: если мои домашние увидят, в чем я сознался, они могут покончить с собой от неожиданности. Я как-то должен подготовить к этому. Мне кажется, что это в интересах дела и в его официальной интерпретации;

д) если мне будет сохранена, паче чаяния, жизнь, то я бы про­сил (хотя мне нужно было бы поговорить с женой):

*) либо выслать меня в Америку на n лет. Аргументы за: я провел бы кампанию по процессам, вел бы смертельную борьбу против Троцкого, перетянул бы большие слои колеблющейся интеллигенции, был бы фактически Анти-Троцким, и вел бы это дело с большим размахом и прямо с энтузиазмом; можно было бы послать со мной квалифицированного чекиста и, в качестве добавочной гарантии, на полгода задержать здесь жену, пока я на деле не докажу, как я бью морду Троцкому и К0 и т. д.;

**) но если есть хоть атом сомнения, то выслать меня хоть на 25 лет в Печору или Колыму, в лагерь: я бы поставил там универ­ситет, краеведческий музей, технич. станции и т. д., институты, картинную галерею, этнограф-музей, зоо- и фито-музей, журнал лагерный, газету.

Словом, повел бы пионерскую зачинательскую культурную работу, поселившись там до конца дней своих с семьей.

Во всяком случае, я заявляю, что работал бы где угодно как сильная машина.

Однако, по правде сказать, я на это не надеюсь, ибо самый факт изменения директивы февральского пленума говорит за себя (а я ведь вижу, что дело идет к тому, что не сегодня-завтра процесс).

Вот, кажется, все мои последние просьбы (еще: философская работа, оставшаяся у меня, — я в ней сделал много полезного).

Иосиф Виссарионович! Ты потерял во мне одного из способ­нейших своих генералов, тебе действительно преданных. Но это уж прошлое. Мне вспоминается, как Маркс писал о Барклае-де-Толли, обвиненном в измене, что Александр I потерял в нем зря такого помощника. Горько думать обо всем этом. Но я готовлюсь душевно к уходу от земной юдоли, и нет во мне по отношению ко всем вам и к партии, и ко всему делу — ничего, кроме вели­кой, безграничной любви. Я делаю все человечески возможное и невозможное. Обо всем я тебе написал. Поставил все точки над i. Сделал это заранее, так как совсем не знаю, в каком буду состо­янии завтра и послезавтра etc.

Может быть, что у меня, как у неврастеника, будет такая уни­версальная апатия, что и пальцем не смогу пошевельнуть.

А сейчас, хоть с головной болью и со слезами на глазах, все же пишу. Моя внутренняя совесть чиста перед тобой теперь, Коба. Прошу у тебя последнего прощенья (душевного, а не дру­гого). Мысленно поэтому тебя обнимаю. Прощай навеки и не поминай лихом своего несчастного.

Н. Бухарин

10.ХП.37 г.

АПРФ. Ф. 3. On. 24. Д. 427. Л. 13-18. Маш. копия. Л. 19—22. Автограф.

Вы можете прочитать эту запись в «Живом Журнале» Мирославы Бердник, а также оказать автору финансовую поддержку.

 Об авторе:
МИРОСЛАВА БЕРДНИК
Независимый журналист
Все публикации автора »»
Читайте «Голос Правди» у «Telegram»

Будемо вдячні за будь-яку допомогу українському опозиційному проекту «Голос Правди». Ви можете переказати будь-яку суму – і 1 гривню, і 100 тис. Гроші ми витрачаємо на оплату хостингу, розвиток сайту, запуск нових розділів і організацію прямих трансляцій.

Наш «Яндекс.Гаманець»:
410 015 312 053 11.
PayPal:
[email protected].
Переказ з карти:
https://golospravdy.com/donate/.

Читайте та обговорюйте найцікавіші публікації «Голосу Правди» в наших групах у «Facebook», «ВКонтакте», «Однокласники» і «Twitter». Щоранку ми розсилаємо популярні новини на пошту – підпишіться на розсилку. Ви можете зв'язатися з редакцією сайту через розділ «Повідомити Правду».


Знайшли на сайті орфографічну помилку? Виділіть її мишою і натисніть Ctrl+Enter.




  1. 5
  2. 4
  3. 3
  4. 2
  5. 1
(1 голос., рейтинг: 5)
Блоги журналистов
Auto-Translate
AfrikaansAlbanianArabicArmenianAzerbaijaniBasqueBelarusianBulgarianCatalanChinese (Simplified)Chinese (Traditional)CroatianCzechDanishDutchEnglishEstonianFilipinoFinnishFrenchGalicianGeorgianGermanGreekHaitian CreoleHebrewHindiHungarianIcelandicIndonesianIrishItalianJapaneseKoreanLatvianLithuanianMacedonianMalayMalteseNorwegianPersianPolishPortugueseRomanianSerbianSlovakSlovenianSpanishSwahiliSwedishThaiTurkishUrduVietnameseWelshYiddish
Партнер
Олесь Бузина
Тема дня

Читайте також: Блоги журналистов

2030999_original.jpg

Глава СБУ: Россия хочет спровоцировать как повод для вторжения теракты с использованием УПЦ

10.12.2018
14_main.jpeg

За акциями протеста евробляхеров стоят Сорос, Украинский католический университет и USAID

10.12.2018
1544472807_maxresdefault.jpg

Александр Дубинский: Тысячная бляха на таможне и другие субъективные итоги 10 декабря #Дубинизмы

10.12.2018
1544473466_maxresdefault.jpg

Шарий: Геть вiд Москви!

10.12.2018
1544471110_hqdefault.jpg

Александр Семченко: Порошенко открыл ещё один магазин «Рошен» в знак npoтеста против российской arpeccuu Порошенко

10.12.2018
13124

Томос для Украины по унизительности не имеет аналогов в истории Вселенского Православия

10.12.2018
1544462414_maxresdefault.jpg

Руслан Коцаба: Реформа вищої освіти очима викладача КПІ

10.12.2018
13121

Скандальный сайт "Миротворец" массово публикует данные украинских священников

10.12.2018
1544457372_maxresdefault.jpg

Александр Семченко: Гордон призвал шарахнуть по России ATOMHOЙ бo мбой

10.12.2018
1544451850_hqdefault.jpg

Ольга Шарий: Шпионский детектив о ГРУ, беспилотниках и российской пенсии

10.12.2018
1544450721_hqdefault.jpg

Шарий: 27

10.12.2018
13120

Митрополит Лука: Действия Константинопольского патриарха провоцируют дискриминацию и гонения УПЦ

10.12.2018